Сунгат абый
Это имя мы слышали с детства. И не только слышали, иногда этот человек и сам появлялся в нашей деревне
Высокого роста, с усами, как у Чапаева, в офицерском плаще. И с фотоаппаратом, о котором тогда многие могли только мечтать. Распечатывал и фотографии.
Мне запомнился случай, связанный с этим человеком. Группа ребят поджидала его в укромном месте и потребовала денег. Сунгат абый не стал сопротивляться (а если бы захотел, он бы одним махом справился со всеми), сразу отдал им три рубля. В те годы это были большие деньги для мальчишек. От радости мальчишки даже не заметили, как Сунгат абый сфотографировал их. На следующий день он принес уже фотографии этих самых «героев» и провел в деревне воспитательный час.
Я до сих пор удивляюсь, Сунгат абый, которого многие считали умалишенным, был отличным психологом! Он не позвонил в милицию, но подал хороший урок на всю жизнь! Если бы этот случай произошел в наши дни, вокруг них подняли бы такой шум, что их поставили бы на учет, испортив тем самым их биографию.
Я рассказал Миннебике апа о случае, свидетелем которого стал я лично. Во время работы в райкоме меня очень удивило письмо от областного комитета КПСС. «К нам обратился Первый секретарь ЦК Компартии Азербайджанской ССР, член Политбюро Центрального комитета КПСС Гейдар Алиев с просьбой рассмотреть возможность повышения пенсии уроженца деревни Средняя Корса Арского района ТАССР Ахмадуллина Сунгатуллы Ахмадулловича, контуженного во время ликвидации последствий аварии в городе Баку. Просим вас изучить этот вопрос и дать ответ».
– Где только не был мой брат?! На голове у него, действительно, были швы от раны. Он не рассказывал об этом. Помню только, что он возил всех нас в Ташкент.
Что случилось с Сунгатом абый в Баку – навсегда останется тайной. Сложно сказать, когда именно он был там.
– В годы войны брат, в качестве главного проводника, провожал эшелоны, – рассказывает Миннебика апа. – Однажды он пригласил нас на встречу на станцию Арск. Был полный эшелон солдат. Поезд стоял около 15 минут, брат дал нам талоны на хлеб. По этим талонам на каждого человека можно было получить по 400 граммов хлеба.
Когда здоровье позволяло, Сунгат абый всегда творил только добро. Однажды во время обхода эшелона он услышал в одном из вагонов плач, крики. Он приказал открыть вагон, а там оказались заплаканные женщины. Оказалось, что женщин, которых отправили на рубку леса, по дороге похитили. Многие из них были родом из Корсы. Позже они рассказывали, что Сунгат абый спас их от смерти. Говорят, что некоторые из них и сегодня живы.
Корсинцы безмерно благодарны Сунгату абый. «Он спас нас от голода», – говорят они. Во время проезда состава он бросал женщинам, работающим на поле, мешками хлеб.
– Раньше наши деды торговали по разным районам, продолжает рассказывать Миннебика апа. – Бабушка всегда утешала детей: «Вот вернется ваш дед, привезет пшеничную муку».
К слову, в семье их было 16 детей, 11 из них – мальчики. У Сунгата абый было 6 детей. Сын Айдар служил в Звездном Городке, офицер.
Миннебика апа долгие годы работала на железной дороге. «Железную дорогу называли вторым фронтом», – говорит она.
Дочь Миннебики апа Аниса работала на стройке в Казани, потом перешли в литейный цех. После выхода на заслуженный отдых построила в родной деревне двухэтажный дом, сарай, держит домашних птиц, ни минуты не сидит без дела.
В советское время было много дефицитных товаров. Однажды вызвал к себе редактор Ренат Тазиев.
–Съезди в Среднюю Корсу к Сунгату, попроси у него проявитель и закрепитель.
Люди, которые в те годы увлекались фотографированием, хорошо знают, что это за препараты. На продаже они закончились. А без них сделать фотографию невозможно.
Мы с Сунгатом абый были знакомы. Он встретил меня, как близкого друга, похлопав по плечу. Услышав мою просьбу, повел в баню. Все необходимое он хранил там. «Сколько надо?» – спросил он. «Сколько можете, столько дайте», – ответил я. Вот так он помог и нашей редакции.
С возрастом Сунгата абый начало подводить и здоровье, наверное, полученная контузия не прошла бесследно. Его часто задерживали. Задержат, посадят на несколько суток, потом опять отпустят. В очередной раз, когда после 15 суток возвращался домой, ему на пути встретился начальник отдела. «Здравие желаю, товарищ начальник!» – с этими словами он оторвал его погоны. Его снова посадили.
Уроженец Средней Корсы Ахмадуллин Сунгатулла Ахмадуллович на самом деле был настоящим педагогом. До войны учился в Арском педагогическом училище, работал учителем в Старой Масре. Об этом мне рассказала сестра Сунгата абый Миннебика апа: «Масринцы говорили, что мой брат был хорошим учителем. Жаль только, что работал он недолго». Оттуда Сунгата абый призвали в армию.
Ильяс Фаттахов