Пусть у тебя будет дом в каждой деревне
С народом России
мы песни певали,
Есть общее в нашем быту и морали.
Г.Тукай
Бимери были большим селом, граничащим с одной стороны с лесом. Еще с каким лесом! Именно здесь начинается тайга.
Еще говорят: «глухой лес». Среди 30-40-метровых елей, сколько бы не кричали, вас никто не услышит. Там есть болота, которые не замерзают даже зимой. Там гнездятся журавли.
Бимери – русское село. В семидесятые годы прошлого века там еще было достаточно много домохозяйств. Годы войны стали для села непреодолимым испытанием. Вдовы, мужья которых погибли на фронте, пока были в силе, старались сохранить свои дома, вести хозяйство. Но молодежь покидала село. На то были свои причины – работы нет, дороги тоже. Хотя село было расположено недалеко от главной дороги, весной–осенью и зимой ездить было невозможно. Бабушек, умерших зимой, Мингаз абый из деревни Казанка на «снегоходе» возил на кладбище.
Во время отпусков я приезжал в Бимери к тете Нюре. С ее сыновьями Иваном и Вовкой мы ходили на охоту.
Однажды в машине один из бывших руководителей района спросил меня: «Какие страны ты посетил, в каких домах отдыха побывал?». «Отпуск я провожу в лесах, полях. Мне близок каждый уголок моей Родины», – ответил я. Он мне не поверил, очень удивился.
Иван с Вовкой тоже уехали в город, но при первой же возможности спешили в деревню. Ведь летом в их деревне как в раю. Тетя Нюра угощает нас лесными ягодами. Бывают же такие щедрые, добрые, отзывчивые люди! Утром с рассветом мы брали рюкзаки и отправлялись в лес, где проводили весь день. Пили удивительно вкусный чай, заваренный тетей Нюрой, перекусывали. А вечером возвращались домой и сразу лазили на русскую печку. А там так хорошо, тепло. Около часа мы спали. Тетя Нюра звала нас на ужин. Она вынимала из большой печи чугун, а там (даже слюнки потекли) – гороховый суп, вкус которого не передать словами!
Тетя Нюра рассказывала нам свои воспоминания. Ее муж вернулся с войны раненым. «Ночью у него все болело, – рассказывала тетя Нюра. – Зимой брал сеть и уходил в лес. Ловил куропаток. Иногда привозил по 4-5 куропаток». К сожалению, в 1946 году он умер. Тете Нюре пришлось одной воспитывать детей.
Сейчас в Бимерях никто уже не живет. Изредка можно встретить разрушенные дома, надворные постройки. Тетю Нюру сыновья увезли в Казань, где она и скончалась.
В деревне Апайкина-Гарь (в народе – Чыпчык) останавливались у Василия Котельникова. Он с малых лет, можно сказать, рос в лесу, поэтому хорошо знает, где растут ягоды, грибы. Очень хороший, добрый человек. Однажды мы были с ним вдвоем. Мы были на лыжах, я шел спереди, а он сзади. Я рассказываю и рассказываю, а он почему-то молчит. Только потом до меня дошло: он же русский, а я рассказываю на татарском языке. Но Василий Петрович продолжает слушать, не перебивая. Воспитанный человек.
И Василия Петровича уже нет. Он был хорошим сварщиком. Печка, в которой мы до сих пор варим картофель для кур, – память о нем.