Командирован... в Чечню!

Командирован... в Чечню!
11 декабря в России и в Республике Татарстан будет отмечаться 20-я годовщина проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики Вооруженными Силами Российской Федерации.
Хоть с тех пор уже прошло два десятка лет, до сих пор болит душа за пролитую кровь чьих-то дорогих сыновей, совершенно безвинных парней. Свое боевое мастерство в Чеченской республике продемонстрировали и воины-татарстанцы, и арчане. Один из них уроженец Губурчака, ныне проживающий в Арске Камиль Зиннатов. Он работает на грейдере в об- ществе «Жилкомбытсервис».
– После окончания 8 класса в Си-кертане в Урнякском училище я освоил профессию тракториста-машиниста. В 1993 году был призван в армию. Мне очень хотелось служить, я даже представить не мог, что не поеду туда. Во Владимире полгода учился на механика-водителя военного автомобиля, затем полгода служил в Нижнем Новгороде, – говорит Камиль. – В одну из ночей нас подняли по тревоге. Сказали, поедем в Чечню. Все мы были деревенскими парнями, даже не представляли себе, что такое Чечня. А солдат не может не выполнить приказа. На самолетах полетели на Кавказ. Нам выдали форму, автоматы, меня посадили на БТР. Новый 1995 год встретили на окраине Грозного в траншеях на поле. Танки заехали в Грозный прямо перед нами. А за ними шли мы, пехотинцы. В городе со всех сторон начали стрелять. БТРы взрывались. Кто остался живым, выбежал. Не знали, куда спрятаться. Ворвались в один дом, а там полно чеченцев, точнее, боевиков. В каждом углу сидели снайперы. Если не хочешь погибнуть, стреляешь сам. Одним словом, мы открыли огонь. Какую-то часть положили на месте, какая-то побежала в горы. Преследуя их, мы попали в окружение. Жили в землянках. Нельзя было спать – в любой момент могли нагрянуть и зарезать. Свистели пули. Даже непонятно, откуда летят. Многие тогда погибли. Мы даже не успевали подбирать их, в горах буквально за каждым камнем сидел снайпер. Трупы обгладывались до костей собаками либо просто сгорали. Только по жестяному медальону на шее устанавливали личность. Еды не было, питались тем, что осталось от чеченцев. Бани не было. Завшивели. Тогда наша сторона по рации попросила прекратить войну. Те приняли. Нас забрали на вертолетах.
Камиль воевал девять месяцев. Должен был вернуться в мае, а вернулся только в сентябре. За это время он не мог отправить даже письма. Как должно было выдержать сердце матери отсутствие известий от сына? По телефону мы связались с Рузией ханум.
– Наша родственница Люция Хайруллина начала поиски. Тогда мы узнали, что он в Чечне. Через четыре месяца получили письмо. Но прочитать его было невозможно. Смогли понять только следующие слова: «Я уехал в командировку на Кавказ». На помощь пришел бывший председатель колхоза Габдульбар Файзрахманов. Но мы опоздали, они оказались в окружении в горах, – говорит Рузия ханум. – А в один из дней я увидела сына по телевизору. Он был около своего БТРа. Что-то там делал. Видели бы вы, как я обрадовалась. Значит, мой сынок жив!
Трудно представить, что пережило тогда материнское сердце. Скорее бы обнять его и никуда не отпускать. Но... Камиль тогда был еще далеко. «Сынок, ты только живи, только живи», – шептала она. И бог услышал ее молитвы. Камиль Зиннатов вернулся из Чечни живым-здоровым.
Эхо войны еще долгое время не давало ему покоя. Бывало, что вскакивал ночью с криком: «Бегите, танки идут!» и во время беседы со мной он несколько раз вытер навернувшиеся на глаза слезы. Сейчас он сам отец троих сыновей. И теперь у него лишь одно желание: «Не дай бог сыновьям пережить такое».
И Раян Шириев, работающий в обществе «Водоканал-Сервис», был в Чечне.
– Во время учебы в строительном институте я учился на военной кафедре, – говорит он. – Тогда говорили, что мы не будем служить в армии, но в 1999 году меня по приказу призвали в армию. В Оренбургской области я служил командиром взвода, затем меня отправили в Чечню. Я попал туда в мирное время. Тогда стреляли редко. На территории Чеченской республики мы сопровождали колонны, которые возили в наши части еду, оружие.
Он вернулся в 2001 году. Устроился на работу. Создал семью. Растит двух детей.
– Мы всей семьей любим спорт, зимой катаемся на лыжах, летом копаемся в огороде, – говорит Раян. – Нет ничего ценнее мирной жизни. Хотелось бы, чтобы на земле не было больше войн, не проливалась человеческая кровь.
Гульсина ЗАКИЕВА