Пусть у тебя будет дом в каждой деревне

Перед смертью старик позвал сына и начал давать свои советы: «Пусть у тебя в каждой деревне будет дом».  После похорон отца сын долго думал: как в каждой деревне можно построить дом? Ведь постройка и одного дома отнимает много сил.

Со временем, набравшись жизненного опыта, он понял, что хотел сказать ему отец. Мудрый старик хотел сказать, чтобы у сына в каждой деревне были друзья.

Не думайте, что хвастаюсь, сегодня я могу с уверенностью сказать, что у меня в каждой деревне есть дом. Иногда знакомые встречают на улице и зовут в гости. «Посидели бы, поговорили», – звонят некоторые. А ведь я им никто, спасибо им за такое теплое отношение. Как говорится, одна встреча – целая жизнь. Для журналиста такие встречи на вес золота.

Когда устроился на работу в редакцию, я каждый день ездил домой в деревню. До Купербаша ехал на автобусе, а остальные 4 километра – как повезет. В дождливые дни, в сильную метель редактор Ренат Тазиев не выпускал на дорогу: «Сегодня не поедешь! Там Роза треугольники испекла, идем к нам!».

Тогда автобус в Купербаш был полон пассажиров. Как только выходил из автобуса, меня встречали Фарит абый или Рафис абый. «Не стоит в такую погоду идти домой, давай к нам, переночуешь у нас!» Я часто вспоминаю доброту и гостеприимство этих людей. Их уже нет среди нас, пусть земля им будет пухом.

Однажды в кабинет зашел стройный мужчина в военной одежде. «Я Мингаз Низамутдинов из деревни Казанка, отвечаю в районе за охотоведение. Планирую давать статьи и в газету», – познакомил он с собой. Мы быстро нашли с ним общий язык. Он был старше меня примерно на 20 лет, многое повидал на своем веку. Солдаты 1927 года рождения в боевых действиях не участвовали. Но он оказался в самом логово врага – 7 лет служил в Германии.  Был писарем в штабе.  У него был очень красивый почерк, татарин с 7 классами образования отлично разговаривал по-русски. После службы работал бухгалтером в лесном хозяйстве. Одним словом, самородок.

И сам дисциплинирован, как военные, и от других требует того же. Однажды он вышел из леса, когда уже стемнело. Подъезжая к поселку Урняк, встретил человека, несшего трубы. Мингаз абый был вооружен. «Стой, иди в сторону канцелярии!» – приказал он. Тому человеку ничего не оставалось, как подчиниться. Контора была открыта, кроме техничек никого не было. «Я позвонил директору, – рассказывал Мингаз абый. – Наверное, он к тому времени уже лег спать. Голос был сонный. Он приехал. Отругал вора и отпустил. «Ты тоже хорош!» – бросил в мою сторону».

Дом Мингаза абый в деревне Казанка превратился в мой второй дом. Его супруга Фаузия апа была мне, как мама. Тогда их дети еще учились в школе. В сезон охоты, и в другое время, у них дома всегда были гости. Во время обеда или ужина Фаузия апа никого не сажала на мое место. «Это место Ильяса», – говорила она. Так же и со спальным местом.

Фаузия апа училась на пчеловода, работала в колхозе на пасеке, у них были свои пчелы. Мингаз абый и Фаузия апа работали с пчелами без маски. Больше таких людей я не встречал.

Мингаз абый собирал семена яблок, а зимой ходил в лес и сеял их по снегу. Если встретите в лесу яблони, знайте, что их посадил Мингаз абый.

Ильяс Фаттахов