Воспоминания тети
Я все читаю, перечитываю записи своей 89-летней тети Нагимы, родной сестры матери, которые не дают мне покоя.
Я как бы слышу ее слова: «Дорогая, постарайся как-нибудь дать их в газету».
В них тетя Нагима, в начале войны которой было 11 лет, зафиксировала все, что происходило в годы войны: как дети наряду с матерями и сестрами участвовали во всех колхозных работах, как переживали за ушедших на войну отцов и братьев, а также написала о рассказанных вернувшимися с войны братьями мучениях.
Нагима апа также написала о Дне победы, который сохранился в ее памяти как самый светлый, самый счастливый, в то же время горестный день. 9 мая в Среднепшалымской школе организовали торжество, на котором и объявили школьникам о Победе в войне. Ученики, выстроившись в шеренги, вместе с учителями вернулись в деревню. Счастливые дети по дороге встретили женщин, раскидывающих навоз в поле. (Те, кто моложе, находились на торфяных работах, на рубке леса и т.д.) Тут они еще раз всем сердцем ощутили глубину горестей и трудностей, которые принесла война: услышав о победе, женщины бросили вилы и стали радостно обниматься, а в следующую минуту уже горько рыдали. Все поле наполнилось радостными голосами сквозь слезы, горькими слезами сквозь радостный смех.
В записях тети Нагимы нашли свое место картины проводов на войну братьев-красавцев Габдульбара и Габдульфарта, таких улыбчивых и озорных, радостной встречи с войны постаревшего брата Габдульбара с пошатнувшимся здоровьем в 1946 году и контуженного, с трудом говорившего брата Габдульфарта в 1947 году, переживания за них.
Жизнь была тяжелой, все, кто мог стоят на ногах, должны были участвовать на колхозных работах. Несмотря на боли в голове и шум в ушах, Габдульфарта назначили конюхом. «Брат утром уходил на работу, вечером приходил и сразу в постель. Так продолжаться не могло, и он поехал к врачу. «У тебя такая болезнь, что ты не можешь вынести запаха конской мочи. Тебе нужно уйти с этой работы», – сказал ему врач. Однако бригадир сказал, что за всех лошадей по-прежнему отвечает он, что будет платить за каждую павшую лошадь. И тут за работу конюха взялась 14-летняя сестра Кафия, отличающаяся своим озорством. А Габдульфарта абый назначили ночным сторожем расположенной в лесу колхозной пасеки.
Однажды брат Фарт, придя с ночного дежурства, взял в руки чулочную завязку и сделал движение наподобие выстрела вперед. На вопрос Нагимы, что он делает, тот ответил: «Ах, сестрица, во всех наших мучениях виноваты немцы, Гитлер. Я притворяюсь, что стреляю в них, таким образом усмиряю свою злость». И рассказал историю, произошедшую этой ночью.
Темная ночь, ветер, шумит лес, а брат на ночном карауле. Вдруг залаяла собака, и брат отправился в ту сторону. Смотрит: а там один тип открыл крышку улья, наклонился и начал доставать соты. Вдруг он выпрямился, встал во весь рост. Это оказался огромный медведь! Они долго стояли, глядя друг в друга, потом медведь тихо отправился восвояси с рамой под мышкой.
Записи, записи. В них горести и радости тети Нагимы, которая воспитала пятерых родных детей, 2 сирот, заботливо ухаживала, проводила в последний путь больную с рождения сестру мужа, свекровь, на старости лет жила счастливой матерью, сохранила ясность ума, хранила родственные узы, помогала добрыми советами внукам и родным. Она всю жизнь тосковала по Культеси, посещала ее каждое лето, прохаживалась по родным улицам, общалась с односельчанами. Была любимой сестрой моей мамы Хатиры, дочери Фасхутдина, любимой свояченицей моего отца Малика, сына Мухамматфатыха, нашей любимой тетей. Пусть моя заметка станет молитвой за упокой ее души.
Муршида Замалиева.
Штырь