«Нет, не уйдем! Там не найти…»
«Нет, не уйдем! Там не найти…»
Вместе с коренными жителями в Татарстане сегодня проживают и мигранты из Средней Азии. Некоторые относятся к ним нейтрально, а некоторые настроены отрицательно. А ведь если подумать, это такие же люди как и мы, но вынужденные бросить свое хозяйство на родной земле и устроиться на чужбине. А все потому, что даже в мирное время на их родине не осталось возможностей для нормальной жизни.
Такие мысли пришли мне в голову во время встречи с Курбонали Фахрутдиновым, переехавшим пять лет назад в деревню Хасаншаих. Он приветливо меня встретил, пригласил в дом. Оказывается, по их обычаям женщина не должна оставаться одна с чужим мужчиной, поэтому он сразу же позвонил жене, а сам пошел на кухню и поставил чайник. Вскоре вернулись и его супруга Зебинисо с дочерью Кумринисо. Они оказались легкими в общении людьми с чувством юмора.
– Мы хоть и узбеки по национальности, но выросли в Таджикистане. Папа учился в техникуме в Душанбе, там же и женился. У них появилось на свет 10 детей. Один из нас умер в 28 лет, остальные 9 живы-здоровы. Я учился в училище, работал на железной дороге, служил в армии, женился, появилось на свет 5 детей. Когда в 1992 году в Таджикистане началась война, мы переехали в Узбекистан. Построил дом. Но все же оказалось, что то место, где родился и рос, ближе к сердцу. Дом оставил родственнику и через два года мы снова вернулись в Таджикистан, – начал свой рассказ Курбонали. – В 2002 году приехали в Казань. Там живет один из моих братьев. Он, получив медицинское образование, работает руководителем аптеки. Сначала к нему приехали моя сестра, брат, супруга. А после войны переехали и мы с детьми. Папа с мамой также поехали с нами. Папа продал дом. Сегодня его уже нет среди нас, мама живет в Казани. С помощью риэлторов дочь Маулуда купила дом в Хасаншаихе и мы всей семьей переехали в эти края. Это был старый, заброшенный дом, территория которого обросла кустарниками. Что делать, денег хватило только на это. Вместе с родственниками за два дня все очистили, привели в порядок. Затем уже сам начал что-то ремонтировать, что-то достраивать. Огородил забором, обшил дом профнастилом, в доме создал удобства для внуков. Купил четыре курицы и петуха. Сейчас, слава Аллаху, есть и овцы, и корова, и быки. Молочные продукты, яйцо – все из собственного подворья. Как сказал Аллах, нужно лишь терпение.
В этом доме они живут с двумя внуками и дочерью Маулудой, которая и купила этот дом. Маулуда сама работает в Казани. Когда рядом родители, она спокойна и за детей, и за дом. Они большая опора для всех своих детей.
– Как вас встретили в деревне? Как складываются отношения с сельчанами? Оказывает ли руководство помощь?
– Очень хорошо. У нас золотые соседи. С какой бы просьбой не обращайся, никто не откажет. Обычно доброта возвращается добром. Это истина. Если сам творишь только добро, и люди отвечают тебе тем же. Мы очень рады. Дети с удовольствием ходят в детский сад. Одна внучка говорит: «Я татарка». Мы сыты, обуты, есть крыша над головой. С руководителями в хороших отношениях. Держим скот, поэтому наряду со всеми дают сено, солому, фураж. Руководитель хозяйства бесплатно дал две машины песка, во время очистки полос разрешил брать срубленные деревья для топки печи. В первый год с деньгами на покупку дров помог имам деревни. Марат Ахметов дал деньги за покраску ограды сельского кладбища. На эти деньги я утеплил комнату, провел воду в дом, создал удобства для детей.
– Вы сказали, что купили дрова, разве в дом не проведен газ?
– Нет. Говорят, что на это нужно 100 тысяч рублей. Пока у нас нет такой возможности.
– Надо поговорить с руководством. Возможно, предоставят рассрочку.
– Всему свое время. Пока в холоде не мерзнем. Слава Аллаху, дров достаточно. Но надоедать руководству постоянными просьбами я не хочу. Если надо, сделают, если нет, значит зависит не только от них. Нужно иметь терпение.
И остальные три дочери Фахрутдиновых переехали в Хасаншаих. Старшая дочь Кумринисо вышла замуж за сельского жителя.
– С первым мужем развелись. Мой нынешний муж – просто золото. Он воспитывает двух моих детей, как своих. Мы купили заброшенный дом, а сейчас он ничем не уступает городским квартирам. Держим четыре коровы, телят, овец. Сама вожу «ГАЗель». У нас замечательные соседи. Особенно я благодарна Таслиме и Нурулле, Ляле апа.
Шарафатхун и Тухтахон с семьями также устроились в этой деревне. Шарафатхун работает в теплице, у нее двое детей. Тухтахон домохозяйка, но и она не сидит без дела, выращивает рассаду для продажи. За пять лет каждый своими силами устроил свою жизнь. Все зависит от самих людей.
– Вы живете в татарской деревне среди татар. Ваши дети разговаривают на татарском языке. Не боитесь, что они забудут родной язык, свои обычаи и традиции?
– Если живешь среди татар, нужно соблюдать их традиции и обычаи, но в то же время не забывать и свои, – говорит Курбонали. – С детьми разговариваем на узбекском. Стараемся соблюдать национальные обычаи. На праздник Науруз каждый год готовим сумалак (означает новый день). Пророщенную пшеницу проводим через мясорубку, добавляем муку и делаем сладкую кашу. Получается очень вкусно. Это делается для того, чтобы год был плодородным.
На праздник Науруз у них отдыхают два дня. А о нашей грачиной каше они даже не знают. У них и на свадьбу может прийти каждый желающий. Они и в Хасаншаихе попытались организовать свадьбу по своим традициям. На улице на двух казанах приготовили плов, шурпу, пригласили всех соседей. Но, видимо, сельские жители не знали об их традициях.
– Обратно бы уехали?
– Ни за что, – ответила Зебинисо.
– Такой вопрос больше даже не задавайте, – сказал Курбонали. – После войны жизнь была очень тяжелой. Дочь шла в первый класс. Я добыл хлеб. Одна буханка хлеба на два дня. Половину хлеба разделили на семь кусков. Свой кусок отдал детям. «Папа, когда вырастим, мы отдадим тебе наш кусок», – сказали они тогда. Я никогда это не забуду.
Мы долго общались с ними. «Мы не отпускаем гостей без чашки чая», – сказали они. На пол постелили курпачу и пили чай с чаккой, куркутом и сухофруктами.
Гульсина ЗАКИЕВА